Ах, иначе в былые года

Колдовала земля с небесами

Дива дивные зрелись тогда

Чуда чудные деялись сами

Позабыв Золотую Орду

Пестрый грохот равнины китайской

Змей крылатый в пустынном саду

Часто прятался полночью майской

Только девушки видеть луну

Выходили походкою статной

Он подхватывал быстро одну

И взмывал, и стремился обратно

Как сверкал, как слепил и горел

Медный панцирь под хищной луною

Как серебряным звоном летел

Мерный клекот над Русью лесною

"Я красавиц таких, лебедей

С белизною такою молочной

Не встречал никогда и нигде

Ни в заморской стране, ни в восточной

Но еще ни одна не была

Во дворце моем пышном, в Лагоре

Умирают в пути, и тела

Я бросаю в Каспийское море

Спать на дне, средь чудовищ морских

Почему им, безумным, дороже

Чем в могучих объятьях моих

На торжественном княжеском ложе?

И порой мне завидна судьба

Парня с белой пастушеской дудкой

На лугу, где девичья гурьба

Так довольна его прибауткой"

Эти крики заслыша, Вольга

Выходил и поглядывал хмуро

Надевал тетиву на рога

Беловежского старого тура

Ох, надевал тетиву на рога, ой на рога

Беловежского старого тура