Снова гость к моей соседке.

Дочка спит, торшер горит. Радость на лице.

По стеклу скребутся ветки,

В рюмочки коньяк налит - со свиданьицем.

Вроде бы откуда новая посуда?

Но соседка этим гостем дорожит:

То поправит скатерть, то вздохнет некстати,

То смутится, что неострые ножи.

Он - мужчина разведенный, и она разведена.

Что тут говорить…

Правит нами век казенный, и не их это вина -

Некого винить.

Тот был - первый - гордым,

Правильным был, твердым.

Ну да бог ему судья, да был бы жив.

Сквер листву меняет, дочка подрастает…

И пустяк, что не наточены ножи.

проигрыш

Пахнет наволочка снегом,

Где-то капает вода, плащ в углу висит.

На Москву упало небо и зеленая звезда

Позднего такси.

Далеко до Сходни, не уйти сегодня,

Он бы мог совсем остаться да и жить.

Все не так досадно, может, жили б складно…

Ах, дались мне эти чертовы ножи!

Ах, как спится утром зимним!

Но ветру фонарь скулит - желтая дыра.

Фонарю приснились ливни - вот теперь он и не спит,

Все скрипит: пора, пора, пора…

Свет сольется в щелку, дверь тихонько щелкнет,

Лифт послушно отсчитает этажи…

Снег под утро ляжет, и неплохо даже

То, что в доме не наточены ножи.

Снег под утро ляжет, и неплохо даже

То, что в доме не наточены ножи.